Краткие содержания произведений

Александр Куприн - Гранатовый Браслет

Александр Куприн - Гранатовый Браслет
Александр Куприн - Гранатовый Браслет
Сверток с небольшим ювелирным футляром на имя княгини Веры Николаевны Шеиной посыльныйпередал через горничную. Княгиня выговорила ей, но Даша сказала, что посыльный тут жеубежал, а она не решалась оторвать именинницу от гостей.Внутри футляра оказался золотой, невысокой пробы дутый браслет, покрытый гранатами, средикоторых располагался маленький зеленый камешек. Вложенное в футляр письмо содержалопоздравление с днем ангела и просьбу принять браслет, принадлежавший еще прабабке. Зеленыйкамешек — это весьма редкий зеленый гранат, сообщающий дар провидения и оберегающиймужчин от насильственной смерти. Заканчивалось письмо словами: «Ваш до смерти и послесмерти покорный слуга Г. С. Ж.».Вера взяла в руки браслет — внутри камней загорелись тревожные густо-красные живые огни.
«Точно кровь!» — подумала она и вернулась в гостиную.Князь Василий Львович демонстрировал в этот момент свой юмористический домашний альбом,
только что открытый на «повести» «Княгиня Вера и влюбленный телеграфист».
«Лучше не нужно», — попросила она. Но муж уже начал полный блестящего юморакомментарий к собственным рисункам. Вот девица, по имени Вера, получает письмос целующимися голубками, подписанное телеграфистом П. П. Ж. Вот молодой Вася Шеинвозвращает Вере обручальное кольцо: «Я не смею мешать твоему счастью, и все же мойдолг предупредить тебя: телеграфисты обольстительны, но коварны». А вот Вера выходитзамуж за красивого Васю Шеина, но телеграфист продолжает преследования. Вот он,
переодевшись трубочистом, проникает в будуар княгини Веры. Вот, переодевшись, поступаетна их кухню судомойкой. Вот, наконец, он в сумасшедшем доме и т. д.«Господа, кто хочет чаю?» — спросила Вера. После чая гости стали разъезжаться. Старыйгенерал Аносов, которого Вера и ее сестра Анна звали дедушкой, попросил княгиню пояснить,
что же в рассказе князя правда.Г. С. Ж. (а не П. П. Ж.) начал ее преследовать письмами за два годадо замужества. Очевидно, он постоянно следил за ней, знал, где она бывала на вечерах, какбыла одета. Когда Вера, тоже письменно, попросила не беспокоить ее своими преследованиями,
он замолчал о любви и ограничился поздравлениями по праздникам, как и сегодня,
в день ее именин.Старик помолчал. «Может быть, это маньяк? А может быть, Верочка, твой жизненный путьпересекла именно такая любовь, которой грезят женщины и на которую неспособны большемужчины».После отъезда гостей муж Веры и брат ее Николай решили отыскать поклонника и вернутьбраслет. На другой день они уже знали адрес Г. С. Ж. Это оказался человек леттридцати — тридцати пяти. Он не отрицал ничего и признавал неприличность своегоповедения. Обнаружив некоторое понимание и даже сочувствие в князе, он объяснил ему, что,
увы, любит его жену и ни высылка, ни тюрьма не убьют это чувство. Разве что смерть.
Он должен признаться, что растратил казенные деньги и вынужден будет бежать из города, такчто они о нем больше не услышат.Назавтра в газете Вера прочитала о самоубийстве чиновника контрольной палатыГ. С. Желткова, а вечером почтальон принес его письмо.Желтков писал, что для него вся жизнь заключается только в ней, в Вере Николаевне. Этолюбовь, которою Бог за что-то вознаградил его. Уходя, он в восторге повторяет:
«Да святится имя Твое». Если она вспомнит о нем, то пусть сыграет ре-мажорную частьбетховенской «Аппассионаты», он от глубины души благодарит ее за то, что она былаединственной его радостью в жизни.Вера не могла не поехать проститься с этим человеком. Муж вполне понял ее порыв.Лицо лежащего в гробу было безмятежно, будто он узнал глубокую тайну. Вера приподняла егоголову, положила под шею большую красную розу и поцеловала его в лоб. Она понимала, чтолюбовь, о которой мечтает каждая женщина, прошла мимо нее.Вернувшись домой, она застала только свою институтскую подругу, знаменитую пианистку ЖенниРейтер. «Сыграй для меня что-нибудь», — попросила она.И Женни (о чудо!) заиграла то место «Аппассионаты», которое указал в письмеЖелтков. Она слушала, и в уме ее слагались слова, как бы куплеты, заканчивавшиесямолитвой: «Да святится имя Твое». «Что с тобой?» — спросила Женни, увидевее слезы. «...Он простил меня теперь. Все хорошо», — ответила Вера.
См. также:
Михаил Шолохов - Судьба Человека, Буниниа - Ночной Разговор, Александр Дюма - Королева Марго, Томас Манн - Смерть В Венеции, Аполлоний Родосский - Аргонавтика, Шота Руставели - Витязь В Тигровой Шкуре